РубрикаУголовные дела

Провокация взятки: судебная практика

Провокация – достаточно распространенный способ проведения оперативных мероприятий по поимке преступников среди работников спецслужб, правоохранительных органов. Судебная практика по делам о взяточничестве, касающимся применения провокации, не отличается заметным объемом, в отличие, например, от судебной практики по каско, а прекращение таких дел ввиду того, что в ходе судебного процесса было установлено провокационное действие со сторон сотрудников правоохранительных органов, наблюдается достаточно редко. Объясняется это тем, что само явление провокации подлежало длительному замалчиванию, в том числе и со стороны судебных инстанций.

Первые разъяснения по этому вопросу были получены принятием на Пленуме ВС в 2006 году Постановления «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами», где были даны разъяснения самого понятия провокации, подстрекательств. Именно в делах о сбыте наркотических средств наиболее часто встречались признаки провокационных действий. Но решение этого пленума не заставило суды применять его на практике чаще, чем это было ранее.

Как правило, даже обнаруживая признаки провокации, суды закрывали глаза на открывшиеся обстоятельства во время судебных разбирательств, а также при рассмотрении жалоб на вынесенные приговоры.

Провокация, как способ выявления взяточников

Ни для кого не является секретом, что такой метод выявления взяткополучателей, как провокация, пользуется немалой популярностью у сотрудников органов охраны правопорядка. Вместе с тем и в практической деятельности блюстителей правопорядка, и во многих юридических справочниках вопрос о справедливости и законности этого способа борьбы с коррупцией уже долгие годы остается спорным и вызывает массу дискуссий.

Такой вид преступления, как вымогательство, сегодня является одним из наиболее распространенных среди всех нарушений, имеющих коррупционную составляющую. Можно смело сказать, что нет практически ни одной сферы государственной власти, которая не была бы поражена этим недуги и функционировало нормально, не разрушая сознания общественности о своих способах работы и не порождая желания дачи взятки.

Учитывая то, что обе стороны этого вида преступления не заинтересованы в его раскрытии, раскрываемость по подобным делам имеет одни из самых невысоких показателей. Поэтому сотрудники правоохранительных органов прибегают и используют провокацию с целью выявления нечистоплотных чиновников, врачей, педагогов, прочих лиц, подпадающих под ответственность за вымогательство взятки или коммерческого подкупа. Естественно, что подобные действия не могут не приводить к произволу среди сотрудников органов, служителей закона, к превышению служебных полномочий, значительному ущемлению интересов и прав, заложенных в Конституции РФ, тех должностных лиц, по отношению к которым данный метод борьбы с получением и вымогательством взятки и используется. В обзоре судебной практике по делам о взяточничестве нередки случаи, когда обвиняемые в вымогательстве или получении взятки лица были полностью оправданы в связи с тем, что в действиях заявителей был установлен факт провокации, а доказательная база содержала неубедительные для суда подтверждения виновности подсудимых.

Так, одним из районных судов Липецка был вынесен оправдательный приговор по делу, где врачу противотуберкулезного диспансера было выдвинуто обвинение в совершении преступления, направленного против госслужбы. А именно — выдаче за определенную плату без проведения надлежащего осмотра справок о состоянии здоровья иностранным гражданам, без которых они не могут официально устроиться на работу, а в случае обнаружения болезни (туберкулеза) подлежат депортации из страны. В обвинении было указано, что врач согласился выдать пять справок об отсутствии туберкулеза для предоставления их в миграционную службу сотруднику липецкой милиции, который обратился к нему с подобной просьбой, представившись бизнесменом. За свои услуги представитель медицинского учреждения получил вознаграждение в сумме пятнадцати тысяч рублей.

Во время разбирательства суд пришел к выводу, что дело не столь однозначно, как его представляют правоохранительные органы, доказательная база не содержит документов, бесспорно подтверждающих факт вымогательства, получения вознаграждения, а также выявил признаки провокации получения вознаграждения должностным лицом.

Подобные выводы были сделаны на основании того, что судом было установлено: мнимый бизнесмен на протяжении всего рабочего дня преследовал медработника с просьбами о выдаче ему липовых справок и не раз получал отказ, но врач в конце концов не устоял перед настойчивыми уговорами и согласился на предложение. «Бизнесмен» фактически принудил его взять деньги. Суд расценил совершенные  сотрудником правоохранительных органов действия, как провокация взятки, определив, что они вышли за границы оперативных мероприятий.

Подобных случаев судебная российская практика по делам о взятках насчитывает с каждым годом все больше. Учитывая то, что антикоррупционное законодательство постоянно ужесточается, а борьба с коррупцией все больше популяризуется, тема провокации получения взятки становится все популярней и вызывает массу споров. Следует ли «ловить на приманку» только тех, кто был замечен, уличен в нечистоплотности в этом вопросе или в надежде на то, что кто-то да клюнет, следует провоцировать всех должностных лиц.

Преступление провокация в истории РФ

Законодательство в этом вопросе постоянно меняется, то одобряя подобные методы, то запрещая их. Еще в начале прошлого века один известный правовед отметил, что чем менее развита розыскная система, чем она слабее, тем чаще ее сотрудники прибегают к методам провокации, в том числе и в случаях дачи взяток. Стоит отметить, что современные оперативники не изобрели ничего нового в методе провокации, этот способ ловли взяточников был известен и пользовался большой популярностью еще у полицейских в царской России.

Запрет на использование подобного способа впервые был заложен в Уголовном кодексе, принятом в 1922 году уже в советском праве. Несмотря на то что периоду нэпа был характерен высокий уровень взяточничества, где фигурировали достаточно высокие суммы, статья, предусматривающая ответственность за провокацию дачи взятки, была все-таки заложена. В новой редакции УК РФ, принятом в 1960 году этой нормы уже не было, а в действующий в настоящее время кодекс от 1996 года ответственность за провокацию получения взятки была заложена в разделе: Преступления, направленные против правосудия.

Особенности судебной практики

Обзор немногочисленной судебной практики по делам о взятках в части провокации дачи взяток за несколько лет носит достаточно неоднозначный характер. Легко прослеживается тенденция, когда в совершенно похожих делах различными судами были вынесены противоположные решения. И только после того, как пленумом ВС было принято специальное постановление «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе», где главный судебный орган четко классифицировал и объяснил, что следует относить к провокации получения взятки, а что к оперативным мероприятиям по проверке заявлений о преступном вымогательстве дачи взятки.

Большинство юристов сошлись во мнении, что выданное пленумом разъяснение имеет большую важность и облегчает работу судей при вынесении вердиктов. Достаточно часто оперативники, спецслужбы, применяя метод провокации, ссылаются на нормы закона об оперативно-розыскной деятельности, в котором, как они считают, подобный прием считается законным, подводя этот способ выявления взяточников под проведение оперативного эксперимента. Хотя, в действительности, упомянутый ФЗ вполне четко исключает провокацию, как способ достижения необходимых результатов по выявлению фактов вымогательства взяток. Так, в ст.7 этого же закона упоминается, что оперативный эксперимент может проводиться при наличии информации о подготовке к совершению преступления или о факте его совершения, а также об особах, ведущих подготовку и совершающих противоправные действия, предоставляющих право возбудить уголовное дело. Другими словами, любой оперативный эксперимент приобретает законную силу, если лицо идет на преступление, в нашем случае, вымогает дачу взятки исключительно по своей инициативе без какого-либо принуждения.

Не является тайной факт того, что сотрудники правоохранительных органов достаточно своеобразно относятся к правам человека, заложенным в Конституции. Также к секретной не относится информация о том, что большинство людей никогда не решатся на преступление только по собственной инициативе. Вымогательство взятки не является исключением, если их к этому не принуждать, не соблазнять и не провоцировать. К тому же достижения в мире техники позволяют выявлять вымогателей взяток без каких-либо провокаций.

Рекомендации Верховного Суда

Изучив статистику вынесения приговоров на пленуме, Верховный Суд подготовил детальный обзор рассмотренных дел и издал рекомендации о судебной практике по делам о взяточничестве (вымогательстве, получении) по применению норм, содержащихся в статье 290 УК РФ. Несмотря на широкое распространение этого явления, суды первой инстанции до сих пор испытывают затруднения при классификации преступлений такого рода. В разъяснениях пленума указаны основные действия, которые могут совершаться должностными лицами за взятку:

  • Осуществление покровительства, попустительства или продвижения по службе, сюда же часто относят преступления, подпадающие под статью 201 УК РФ;
  • Бездействие при выполнении своих прямых должностных обязанностей, например, выдача пожарным инспектором разрешения на работу ресторана, хотя помещение, где он размещен, не соответствует противопожарным нормам.
  • Совершение любых действий, нарушающих закон, в пользу лица, дающего взятку.
  • Принуждение одного лица, уполномоченного на выполнение государственных функций, другим должностным лицом совершать или, напротив, не совершать действий согласно должностным обязанностям (выделение мат.помощи, места в детском саду или выселение из общежития с целью освободить место другому лицу, многое другое).

Пленум ВС в своих рекомендациях, касающихся судебной практики по делам о взятках, указал на обстоятельства, которые исключают факт взяточничества:

— Если должностное лицо или любая другая особа, уполномоченная на выполнение государственных функций, совершает какие-то действия, не входящие в круг его прямых обязанностей, за денежное вознаграждение только за счет собственного авторитета. Эти действия разве что можно квалифицировать как подстрекательство.

— Также в решении пленума указано, что под взяточничество не подпадает получение денежных средств за выполнение своих непосредственных обязанностей, которые при этом не касаются полномочий, которыми обладают лица, представляющие власть, или работники администраций.

Совет: под взятку не может быть отнесено получение ректором университета — профессором денег за дополнительные занятия со студентами по своей дисциплине.

Особенности наступления ответственности за взяточничество

Пленум ВС РФ в своем обзоре судебной практики выделил особенности наступления ответственности за дачу/получение взятки. Прежде всего, состав преступления наступает независимо от того, когда была произведена дача взятки: до или после оказанных услуг, произведенных действий. Предметом вознаграждения могут выступать не только денежные средства, но и какие-либо услуги, права. Например, открытие кредитной линии на льготных условиях. Факт наступления взяточничества считается наступившим, если была получена даже часть вознаграждения. При предоставлении услуг в качестве взятки преступление наступает уже после совершения первых шагов по оказанию данных услуг.

Провокация взятки

Согласно разъяснениям пленума провокацией взятки следует считать действия оперативников, которые совершались с целью добывания искусственно созданных доказательств для получения оснований на привлечение лица к уголовной ответственности или его дальнейшего шантажа, вымогательства. Кроме того, эти действия должны проводиться вопреки желанию должностного лица получать взятку или при его неведении. Провокацию дачи взятки принято считать оконченной с того момента, как услуги или имущество были переданы особе против его желания или неосведомленности. Если принятие взятки произошло осознанно, то провокация, как преступление, считается не образованной. Взяткополучатель подлежит полному освобождению от ответственности, если факт провокации был доказан.

Необходимая оборона: судебная практика

Действующее Российское законодательство исходит из принципов защиты прав и интересов граждан.  В некоторых ситуациях гражданин вынужден переступить требования закона, чтобы пресечь более тяжелые последствия в результате противоправных действий других лиц. Данные действия именуются – «необходимая оборона». Статья 37 Уголовного Кодекса РФ определяет, что  не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия. Таким образом, закон закрепляет право на оказание активного сопротивления каждому гражданину, при этом исключается его ответственность в случае причинения вреда злоумышленнику. Однако судебная практика по необходимой обороне носит не такой однозначный характер и зачастую суды трактуют действия обороняющегося в схожих ситуациях совершенно противоположно.

Вопросы квалификации

Особенности рассмотрения дел по необходимой обороне разъяснены в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ №19 от 27.09.2012 г. Согласно данному документу, а также УК РФ, необходимая оборона допустима в том случае, если в отношении обороняющегося или иного лица совершается деяние, создающее реальную угрозу жизни, либо нападающий высказывает угрозу совершения подобных действий. В Постановлении указывается, что такими действиями могут быть:

  • Причинение вреда здоровью вне зависимости от степени тяжести;
  • Применение оружия или предметов используемых в качестве оружия;
  • Высказывание угрозы обороняющемуся или другому лицу, при этом нападающий в состоянии её воплотить в реальность;
  • Демонстрация оружия или предметов, используемых в качестве оружия, сопряженная с угрозой и возможностью его применения.

Верховный Суд уточнил, что указанные действия должны быть в реальности, то есть действия третьих лиц должны носить явную направленность на совершение указанных противоправных деяний в отношении обороняющегося или других лиц. К примеру, суд города Т. признал виновным по ч. 1 ст. 111 УК РФ гражданина Б, нанесшего многочисленные рубленные раны гражданину В., в результате которых у  В. была ампутирована рука. Из материалов дела следовало, что Б. поздно вечером возвращался домой с рыбалки. Подходя к подъезду, увидел двух молодых людей, пьющих пиво. Когда Б. зашел в подъезд услышал, что молодые люди зашли вслед за ним. Как пояснил Б., это показалось ему подозрительным, и он достал из рюкзака туристический топорик. Поднявшись на свой этаж, мужчина остановился, через минуту на площадки показались молодые люди, в руках одного из них была недопитая бутылка пива. Б. показалось, что держащий бутылку стал замахиваться, и поэтому бросился на него и стал на носить удары топором по руке, в которой была зажата бутылка. Следствие установило, что молодые люди являлись соседями Б., и они поднимались к себе домой, в их действиях не было направленности на причинение вреда Б. Учитывая все обстоятельства по делу, суд отказался признать действия Б. необходимой обороной и привлек его к уголовной ответственности за причинение тяжкого вреда здоровью.

В Постановлении Пленума ВС РФ указывается, что суд при оценке реальности угрозы должен учитывать степень неожиданности в действиях посягавшего для обороняющегося. В частности  в судебном заседании устанавливаются все обстоятельства сложившейся ситуации: место происшествия, окружающая обстановка, время суток, способ посягательства, эмоциональное и психическое состояние обороняющегося. К примеру, гражданин Г. в результате нескольких ударов палкой по голове гражданина М. причинил его здоровью вред средней степени тяжести. Удары были нанесены при следующих обстоятельствах: Г. в темное время суток проходил через арку во двор, уже на выходе из арки к нему подскочил М., угрожая ножом, закричал: «Бабки быстро!». Г., оценив обстановку, бросился в сторону и, видя, что М. преследует его, выхватил из мусорного контейнера палку и несколько раз ударил нападавшего по голове. Суд расценил действия М. как совершенные в состоянии необходимой обороны, исключающем его виновность.

В похожей ситуации гражданин Р. Был признан виновным по ст. 116 УК РФ – «Побои». По материалам дела, Р. в дневное время проходил через арку и на выходе из неё заметил мужчину – гражданин П. Когда Р. с ним поравнялся, мужчина неожиданно подбежал к нему и закричал: «Денег дай!». Р. отбежал в сторону, увидел лежащий на земле сломанный черенок от метелки, схватил его, вернулся к арке и стал наносить удары  П. В результате ударов П. были нанесены повреждения, не причинивших вреда здоровью. Суд не согласился с доводами Р., что он действовал в рамках необходимой обороны, так как он мог осознавать реальную степень опасности действий со стороны П., и тем самым принять меры по равноценной обороне, в том числе и вовсе исключить возможность нападения, так как Р. был соседом П. и знал особенности его поведения.

Совет: в ситуациях, когда можно исключить нападение, например, пройти по другой дороге, обойти агрессивно настроенного гражданина и т.д., лучше воспользоваться наиболее безопасным вариантом, так как не исключено, что в дальнейшем при рассмотрении дела о необходимой обороне суд сочтет действия обороняющегося как провоцирующие на нападение, потому что он мог избежать его.

Кстати, своевременность действий обороняющегося также является необходимым обстоятельством, подлежащим доказыванию в суде. В Постановлении говорится, что право на необходимую оборону возникает с момента появления угрозы совершения противоправного деяния в отношении обороняющегося и прекращается с момента, когда нападающий не сможет далее совершать противоправное деяние. Отметим, что момент прекращения возможности самообороны может возникнуть как от действий обороняющегося, так и от иных обстоятельств, которые препятствуют нападающему совершать преступные действия. К примеру, суд города В. признал виновной гражданку К. по ч. 1 ст. 105 УК РФ – «убийство». По материалам дела: К. шла по улице, и из одного из подъездов к ней выскочил молодой человек – гражданин П.. П. схватил девушку и попытался затащить в подъезд. К. громко закричала, и в этот момент в одной из квартир подъезда хлопнула дверь. П. отпустил девушку и бросился бежать по улице, но, споткнувшись, упал. К., видя, что молодой человек лежит на земле и не может встать, подошла к нему и стала кидать в него обломки кирпичей из кучи строительного мусора. Как было установлено в ходе судебно-медицинской экспертизы, в результате падения К. сломал ногу, поэтому не мог встать, а в результате многочисленных попаданий обломков кирпичей, брошенных К., им получено несколько травм, несовместимых с жизнью. К. в своих показаниях указывала, что свои действия совершала в качестве необходимой обороны. Однако суд не согласился с её доводами, указав, что в момент нанесения вреда П. уже не мог совершить в отношении К. противоправные деяния, и она это осознавала, но совершила действия, направленные на лишение жизни гражданина П.

Определение пределов обороны

С вопросами правильной квалификации действий обороняющегося, совершенных в состоянии необходимой обороны, тесно связано понятие её пределов. Согласно действующему законодательству, нападающему может быть причинен вред в размере, не превышающем степень опасности его действий. Сложившаяся судебная практика по делам о необходимой обороне показывает, что суд, помимо всех обстоятельств, рассмотренных выше, учитывает уровень подготовки обороняющегося, его психологические и физические особенности, а также характер угрозы его жизни, в том числе и возможность её избежать. К примеру, гражданина В. признали виновным в причинении средней степени вреда здоровью двум лицам. Судом было установлено, что В. шел на работу и видел, что у одного из торговых киосков стоят двое мужчин, находящихся в состоянии алкогольного опьянения, и настроены они агрессивно. Когда В. поравнялся с ними, мужчины попытались остановить его, в этот момент В. выхватил нож и нанес каждому из нападавших несколько ранений. Суд определил действия В. как превышающие пределы необходимой обороны. В качестве обоснования своего решения суд указал на следующие обстоятельства: В. мог избежать нападения, так как мог пройти по другой дороге; характер действий нападавших не требовал активного применения холодного оружия для самообороны; В. владеет навыками ножевого боя, поэтому мог избрать методы защиты менее травмирующие.

Использование оружия для самообороны составляет большую долю судебных дел по необходимой обороне. Действующее законодательство предусматривает право граждан приобретать средства самообороны различных видов. При этом ни одним нормативно-правовым актом не регламентируется порядок и случаи применения. В связи с этим правоприменительную практику по правомерности использования оружия самообороны в различных ситуациях формируют судебные решения. Опыт показывает, что суды ориентируются на мнения коллег и выносят аналогичные решения по делам о необходимой обороне по схожим ситуациям. Например, гражданин С. использовал травматический пистолет, принадлежащий ему на законных основаниях, против наркомана, напавшего на него. В результате нападавший получил несколько ранений, причинивших его здоровью вред средней степени тяжести. Суд посчитал действия С. превышающими пределы необходимой обороны, так как всё происходило в дневное время на улице при большом скоплении людей, тем самым С. создавал угрозу для большого числа людей. В обзорах судебной практики можно найти множество аналогичных решений по схожим делам.

Несколько неоднозначный подход у судебных органов сложился к рассмотрению дел, когда гражданин причинил вред лицу, совершившему противоправное деяние в отношении имущества обороняющегося. Например, гражданин Д. прострелил ногу гражданину К., попытавшемуся похитить мотоцикл Д. Суд посчитал действия Д. выходящими за пределы необходимой обороны, так как своими действиями К. не создавал угрозу жизни Д.: он зашел во двор, подошел к мотоциклу и стал выводить его на улицу. Д. увидел действия К. в окно и, схватив ружье, выстрелил в него, предварительно не сделав предупреждающий выстрел или окрик.

В данной ситуации противоправность действия обороняющегося очевидна, но далеко не всегда ситуация так однозначна. Так, сторож гаражного кооператива заметил неизвестного, который вскрывал гараж. Подойдя ближе, сторож окрикнул взломщика, тот, обернувшись, замахнулся на сторожа монтировкой. Сторож уклонился от удара и выстрелил из травматического пистолета в грудь пострадавшего. Суд посчитал действия сторожа правомерными, так как в действиях злоумышленника была явная угроза жизни.

Таким образом, судебная практика по делам, связанным с использованием средств самообороны, показывает, что ситуации применения данных средств относятся к необходимой обороне только в том случае, если действия злоумышленника перешли от посягательства на имущество к посягательству на жизнь.

Совет: при использовании оружия для самообороны необходимо избегать принципа: «Достал – стреляй!», во многих ситуациях демонстрация нападающему оружия останавливает его, если же вид оружия не испугал злоумышленника, то необходимо произвести предупредительный выстрел, и только если и это не останавливает нападающего, можно открыть огонь на поражение, стараясь повредить не жизненно важные органы.

Важно отметить, что в большинстве случаев судебная практика по необходимой обороне тесно пересекается с правоприменительной практикой по другим категориям дел. Например, судебная практика по делам об убийстве содержит множество дел, вытекающих из совершения действий, расцениваемых лицами, их совершившими, как необходимая оборона.

Также примеры действий, расцениваемых как необходимая оборона, можно найти в делах об изнасиловании, о разбойных нападениях и т.д. Что делает объем правоприменительной практики  по необходимой обороне довольно внушительным. В определенной степени это положительно сказывается на качестве правосудия, так как практика рассмотрения судами самых разнообразных дел позволяет детально проанализировать различные ситуации, и тем самым обеспечить максимальную законность и справедливость судебного решения.

Но, не смотря на разнообразие судебной практики по необходимой обороне, опыт показывает, что в большинстве случаев рассмотрение подобных дел носит затяжной характер, и далеко не всегда суд выносит очевидное решение.

Побои (ст. 116 УК РФ): судебная практика

Чаще всего при возникновении необходимости толкования той или иной нормы права мы  основываемся на существующей правоприменительной практике. При формировании правовой позиции и выборе линии защиты в конфликтных ситуациях она служит своеобразным правовым ориентиром для нас. Именно поэтому судебные решения являются видом нормативных  документов, эффективно повышающим правовую осведомленность граждан.

Достаточно злободневной проблемой  защиты прав граждан является реализация их правовой возможности, установленной законодательством при нанесении им побоев и совершении насилия над ними, путем возбуждения уголовных дел частного обвинения, а также взыскания в их пользу причиненного морального вреда. Такая возможность существует  в  соответствии с положениями ст. 116 УК РФ, порядок возбуждения которых определен ч.1 ст. 318 УПК РФ.

Квалификация уголовных дел по ст. 166 УК РФ

Как свидетельствует судебная практика, судебная перспектива данной категории дел существует, если при посягательстве на здоровье лица путем нанесения ему побоев не была нарушена анатомическая целостность организма, но при этом в судебном процессе будет доказано, что потерпевшее лицо испытывало боль и, как следствие, присутствовало нарушение нормального функционирования некоторых органов нервной системы. (Обзор судебной практики по уголовным делам по ч.1 ст. 116 УК РФ мировых судей Заволжского района за 2012 года, Заволжского районного суда г. Ульяновска). Так же правовым последствием установления вины лица, совершившего насилие над заявителем, может быть взыскание морального вреда.

Положения ст. 318 УПК РФ предъявляют достаточно высокие требования к  заявлениям при подаче лицами заявлений о возбуждении дел в порядке частного обвинения по ст. 116 УК РФ. Так как процедура возбуждения таких дел проще в сравнении с аналогичным порядком при возбуждении дел публичного обвинения.

Основания для судебного производства дел частного обвинения

Уголовные дела частного обвинения могут возбуждаться:

  • по заявлениям граждан;
  • правоохранительными органами в отдельных ситуациях, если потерпевший в связи с зависимым или беспомощным состоянием не может самостоятельно  защищать свои права;
  • по направлению заявления о преступлении из правоохранительных органов, если проверкой определено, что поступившее и зарегистрированное сообщение о преступлении подлежит передаче в суд;
  • в отношении специальных субъектов (особая процедура привлечения к уголовной ответственности отдельных категорий лиц, в том числе и по делам частного обвинения, установлена гл. 52 УПК РФ).

Судебная практика по прекращению дел по ст. 116 УК РФ

Исходя из обзора судебной практики по делам данной категории, можно сделать вывод, они  чаще всего возбуждаются при подаче обвинителем (частным лицом) заявления в суд. При доказанности вины лица, совершившего насилие или нанесшего побои, как правило, по таким делам в большинстве случаях принимаются решении об их прекращении по ходатайству заявителя о примирении сторон. Одним из таких примеров судебного решения является Решение по делу 1-40/2015. Постановлением от 16.07.2015 года мировым судьей Бежецкого района Тверской области было прекращено уголовное дело по обвинению Н. в совершении преступления по ч. 1 ст. 116 УК РФ. Основанием для прекращения дела, как установлено судом, явилось заявленное ходатайство обвинителем-потерпевшей о прекращении дела в связи с тем, что гражданин Н. компенсировал моральный вред, а также извинился, и поэтому потерпевшая к нему претензий не имеет. В соответствии с ч. 2 ст. 20 УПК РФ дело подлежит прекращению.

Судебная практика по защите прав в зависимом или беспомощном состоянии

Как пример защиты граждан, в отношении которых совершено преступление по статье 116 УК РФ, которые в связи с зависимым или беспомощным состоянием не могут самостоятельно  защищать свои права, является Решение по делу 1-47/2015.

В соответствии с Постановлением, которое было принято по делу, виновное лицо, имея преступный умысел, нанесло побои в отношении граждански, которая являлась инвалидом ІІІ группы и имела несовершеннолетнего ребенка. Согласно экспертному заключению, результатами нанесения побоев явились кровоподтеки на теле, которые не причинили вреда здоровью.

Поскольку лицо, которому были нанесены побои, являясь инвалидом, находилось в зависимом и беспомощном состоянии и не было способно самостоятельно предпринять меры по защите своих прав, то была проведена предварительная проверка органами дознания в соответствие с которой гражданин С. обвинялся в совершении нанесения побоев, которыми были причинены физические страдания. В последующем, после проведения проверки  данные материалы были переданы в суд, при рассмотрении дела в порядке частного обвинения принял участие государственный обвинитель прокуратуры.

По результатам рассмотрения дела оно было прекращено за примирением сторон, поскольку потерпевшей стороной было заявлено соответствующее ходатайство, так как причиненный ей преступлением вред был полностью компенсирован.

Судебная практика о взыскании морального вреда по статье 116 УК РФ

Одним из примеров судебной практики о взыскании морального вреда за причиненный вред при совершении преступления, предусмотренного статьей 116 УК РФ, является решение по делу № 2-2193/2015-М-2054/2015. В судебном производстве дела по исковому заявлению гражданина 1 к гражданину 2 о взыскании морального вреда было установлено, что гражданин 2 совершил преступление, которое при подаче заявления о возбуждении дела частного обвинения гражданином 1 было квалифицированно по статье 116 УК РФ . В последующем дело в отношении гражданина 2 было прекращено вследствие применения амнистии, при этом в судебном порядке за истцом было признано право на обращение с иском в порядке гражданского судопроизводства.

Судом было установлено, что своими действиями гражданин 2 причинил истцу моральный вред, который выразился в физических и нравственных страданиях. Доказательства причинения морального вреда и обоснование его размера были предоставлены в установленном законом порядке. Поскольку вина гражданина 2 была установлена в судебном производстве дела по его обвинению в совершении преступления, предусмотренного статьей 116 УК РФ, а суду предоставлены в гражданском производстве дела доказательства причинения лицу морального вреда, который явился последствием перенесенных физических страданий, то суд на основании статьи 56 ГПК РФ, ст. 151 ГК РФ, а также в соответствии с Постановлением Пленума ВС РФ № 10 от 20.12.94 года, принял решение о возможности компенсации морального вреда в указанном истцом размере. По результату проведенного гражданского дела было принято решение о взыскании с гражданина 2 в пользу гражданина 1 в счет компенсации морального вреда суммы в размере, указанном в исковом заявлении.

Судебная практика по делам  описываемой категории говорит о реальной правовой возможности взыскания с лица, виновного в совершении преступлении, предусмотренного статьей 116 УК РФ, морального вреда, причиненного его действиями заявителю.

По делам об убийстве недопустимо квалифицировать преступление по  статье 116 УК РФ, если последствием причинения побоев лицу стало наступление смерти. Зачастую причиной возбуждения уголовных дел по статье 116 УК РФ является неспособность некоторых граждан урегулировать  уже существующие споры между ними, последствием которых могут быть возникновение неприязненных отношений, оскорбления, неразрешение дипломатичным путем споров о лишении родительских прав, или взыскание долгов по расписке. И вместо решения одной проблемы появляются еще и уголовные дела.

Злоупотребление полномочиями (ст. 201 УК РФ): судебная практика

Развитие общества — процесс непрерывный, который никогда не стоит на месте. Также постоянно развиваются отношения в экономической сфере, и это является поводом для создания новых предприятий, корпораций, организации. Не вызывает сомнения тот факт, что у каждого юридического лица, предприятия, фирмы, корпорации должен быть руководитель или несколько в зависимости от его масштаба.

Управленческие функции должны выполняться не только в главном (высшем) офисе, но даже в мелких структурных подразделениях. Назначаются на эти должности, как правило, опытные, хорошо зарекомендовавшие себя, проверенные кандидаты. Но, к сожалению, последний факт практически никогда не может повлиять на то, что на предприятиях то и дело имеет место такое нарушение, как превышение или злоупотребление полномочиями. Это действие является уголовным преступлением и подпадает под ст.201 УК РФ, предусматривающую наказание в виде заключения до 10 лет.

Что подпадает под понятие «злоупотребление»

Этот вид преступления характеризуется тем, что особа, которому предоставлены особые полномочия, использует их в корыстных целях в свою пользу или третьих лиц, при этом совершая действия, не предусмотренные должностными обязанностями. Как правило, превышение служебных полномочий возникает тогда, когда лицо желает получить какую-то экономическую пользу (выгоду). Например, руководитель предприятия или одного из его подразделений, в обязанности которого входит выполнение определенной работы, идет на нарушение и выполняет эту работу таким образом, чтобы в результате извлечь из своих деяний выгоду, нанося тем самым ущерб самому предприятию или своему подразделению.

Несмотря на то, что статья 201 УК РФ достаточно четко определяет обстоятельства, которые могут послужить основанием для открытия уголовного дела, судебная практика свидетельствует о том, что подобные дела доходят до разбирательств в суде крайне редко.

Совет: чтобы у собственников или высшего руководства предприятия появилась возможность довести дело до суда, доказательная база должна быть сформирована по всем правилам и содержать фактические улики, подтверждающие вину нечистоплотного руководителя, в противном случае доказать его вину будет практически нереально. Лучше это делать с помощью профессиональных юристов, которые не упустят никакую мелочь и смогут собрать самый сложный материал.

Объективная, субъективная сторона дела

Объективная сторона совершенного преступления по ст.201 УК РФ проявляется в использовании лицом, исполняющим руководящие функции на предприятии, своих прямых обязанностей вопреки коммерческим интересам самого предприятия, если в результате совершенных действий оно понесло существенные убытки, были нарушены законные интересы фирмы, граждан, общества, государства.

Под статью 201 УК РФ наравне с совершением действий также может попасть бездействие лица, которое привело к негативным последствиям или убыткам, руководителям предприятий следует помнить об этом. Природа деятельности при превышении полномочий допускает как свершение таких действий в пределах положенных полномочий, но наперекор интересам организации, прочего юр. лица или с превышением их. Именно совершение действий вопреки интересам является основным признаком злоупотребления полномочиями.

С субъективной точки зрения преступление по ст. 201 совершается с прямым умыслом. Признаком, характерным для субъективной стороны, является наличие противоположной цели: получение выгоды в своих интересах нанесение вреда другим.

Особенности судебной практики

Судебная практика по ст. 201 УК РФ носит сложный, часто противоречивый характер, так же как и дела, касающиеся изнасилования. Основные проблемы, с которыми сталкивается судебная практика, применяя ст.201 УК РФ, заключаются в следующем:

  • определением, в каком статусе находится организация;
  • привлечением руководителя организации к ответственности;
  • согласованием с компанией уголовного преследования ее руководящих лиц.

Определение статуса

Субъект, подпадающий под ст.201 УК РФ, обладает следующими качествами: трудится в коммерческой организации; выступает ее должностным лицом. Именно с определением последнего качества у судебных органов возникают проблемы. Это связано с тем, что участие государства в экономике страны происходит все чаще, в связи с чем появляются разновидности организаций, которые хоть и относятся, пусть несколько формально, к органам государственной власти, но при этом имеют все признаки коммерческой организации, занимаются хозяйственной деятельностью, инвестированием и т.п. Ярким примером такой структуры выступает госкорпорация, которая на законодательном уровне отнесена к некоммерческим организациям, а это говорит о том, что привлечь к ответственности по ст. 201 их не получится.

Но в отличие от госкорпораций, многие организации не имеет выраженных признаков отношения к государственной собственности, и судебная практика часто сталкивается с трудностями в определении: являются они коммерческими или нет.

Так, в судебной практике фигурирует случай о превышении полномочий путем получения взятки директором продовольственной корпорации. Изучая учредительные документы, суд не смог выяснить к какому виду относится рассматриваемое предприятие, а соответственно, по какой статье классифицировать действия должностного лица: по ст. 201, если оно является руководителем коммерческой структуры, или совсем по другой статье, если государственной, где надлежит рассматривать в составе правонарушения получение взятки.

Привлечение к ответственности руководителя

Не вызывает никакого сомнения, что генеральный директор или коммерческий относится к должностным лицам. И как говорит примечание 1 к статье 201 УК РФ, для того, чтобы появилась возможность привлечь его к уголовной ответственности, требуется получение предварительного согласия самой организации. В обзорах судебной практики нередко встречаются случаи, когда происходила отмена приговора, вынесенного по ст 201. УК РФ, в связи с вновь открывшимися обстоятельствами. Также как может быть проведена отмена дарения квартиры при предъявлении претензий кем-то из наследников.

Например, некий руководитель пошел на превышение своих полномочий, получил выгоду, причинив значительный вред предприятию, и был осужден в соответствии со статьей 201 УК РФ. Но приговор был отменен спустя какое-то время, так как в деле отсутствовало даже заявление от предприятия, которое должно было послужить поводом для открытия уголовного дела, не говоря уже о согласии на привлечение руководителя к ответственности.

И тут опять наблюдается некоторая противоречивость. Возникает законный вопрос, кто должен давать такое согласие на привлечения лица по статье 201. Обычно любое юридическое лицо представляет генеральный директор, что делать в случае, если именно он совершил преступление и является виновным. Получается, что он должен давать согласие на привлечение к ответственности самого себя. Судебная практика пришла к заключению, что подобные согласования должны выдаваться советом директоров. Что тоже вызывает немало споров, особенно у собственников компаний.

Убийство (ст. 105 УК РФ): судебная практика

Жизнь человека является высшей ценностью. Этот принцип закреплен и в общественной морали, и в законодательстве. Поэтому ответственность за умышленное лишение жизни является одной из самых суровых во всех правовых системах мира. Российская правоприменительная практика по рассмотрению дел об убийстве обширна и решает практически все спорные вопросы. Наибольший интерес с практической точки имеет судебная практика по делам об убийстве, которая содержится в обзорах судебных решений, подготавливаемых коллегией по уголовным делам Верховного Суда РФ. Кроме того, пленумом данного судебного органа опубликовано постановление №1 от 27 января 1999 года, подробно регламентирующее порядок рассмотрения дел по ст. 105 ук РФ – «убийство».

Вопросы отграничения убийства от других преступлений

Юридическое понятие «убийство» закреплено в ст. 105 ук рф, согласно которой под убийством понимается умышленное причинение смерти другому лицу. Данное преступление характеризуется прямым или косвенным умыслом виновного лица, то есть убийца осознавал, что его действия приведут к смерти потерпевшего.

На практике нередки ситуации, когда человек умирает в результате какого-либо ранения не в момент его нанесения. И здесь возможно рассматривать совершенное преступление и как убийство, и как причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, ответственность за которое предусмотрена ч. 4. ст. 111 УК РФ. Постановление пленума ВС РФ указывает, что при отграничении данных составов преступлений суд должен исходить из направленности умысла виновного, который выражается в его действиях при совершении преступления, его орудия и способа совершения, характера и количества нанесенных травм и т.д. Если все действия ясно указывают, что преступник намеревался лишить жизни потерпевшего, то он признается виновным по ст. 105 УК РФ. Например, в больницу был доставлен гражданин Н. с многочисленными проникающими ранениями черепа. Через два часа с момента госпитализации он скончался. Судебно-медицинская экспертиза установила, что ранения были нанесены тяжелым и острым предметом, всего было три удара, предположительно топором. В ходе оперативно-розыскных мероприятий был задержан гражданин П., который сообщил, что в ходе драки  с Н. при распитии спиртных напитков он несколько раз ударил его топором. В ходе судебного процесса П. был обвинен по ст. 105 УК РФ, но его адвокат ходатайствовал перед судом о квалификации действий его подзащитного по ч. 4 ст. 111 УК РФ. Адвокат ссылался, что ранения были нанесены в ходе драки, а смерть потерпевшего наступила не сразу. Суд, анализируя данные экспертизы, а также информацию об орудии преступления и его мотивах принял решение не изменять квалификацию и признать П. виновным по ч. 1 ст. 105 УК РФ – убийство.

Также большое значение имеет отграничение убийства по ст. 105 УК РФ от других преступлений, результатом которых также является причинение смерти другому лицу. В настоящее время Уголовный кодекс содержит следующие составы преступлений, где объективную сторону преступления составляет лишение жизни другого лица:

  • Ст. 106 УК РФ – убийство матерью новорожденного ребенка.
  • Ст. 107 УК РФ – убийство, совершенное в состоянии аффекта.
  • Ст. 108 УК РФ – убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны, либо превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление.

В данных составах преступлений виновное лицо также имеет косвенный умысел на причинение смерти потерпевшему, но при этом у него есть смягчающие обстоятельства, которые носят объективный характер. Если же смягчающие обстоятельства, характеризующие какой-либо из указанных составов, отсутствуют, то действия квалифицируют по ст. 105 УК РФ. К примеру, по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ст. 106 УК РФ, была задержана гражданка Щ. Из материалов дела следовало, что Щ. родила девочку, роды прошли в специализированном медицинском учреждении. Спустя пять дней мать и новорожденная были выписаны домой, так как никаких показаний для дальнейшего нахождения в медицинском учреждении не было. Через три дня после выписки мать Щ. обнаружила внучку с разможенной головой без признаков жизни. Задержанная пояснила, что после родов у неё развилась депрессия, которая стала причиной агрессии к новорожденному ребенку. В один из приступов она взяла дочку и бросила на пол. В ходе судебного процесса была проведена судебно-психиатрическая и судебно-психологическая экспертиза Щ., обе экспертизы не выявили депрессивного состояния, но при этом эксперты установили, что Щ. злоупотребляет спиртными напитками. Учитывая заключения экспертизы, суд переквалифицировал действия Щ. со ст. 106 УК РФ, на ч .1 ст. 105 УК РФ. В определении суда было указано, что нахождение в состоянии алкогольного опьянения не является смягчающим обстоятельством при совершении убийства. Кроме того, Щ. осознавала в момент совершения преступления свои действия и желала наступления смерти своей дочери, что доказывало и её поведение в ходе следствия.

Совет: совершение убийства со смягчающими обстоятельствами характеризуется не только условиями его совершения и психическим состоянием виновного, но и его дальнейшими действиями после преступления. Например, если после убийства в состоянии аффекта подозреваемый ведет себя спокойно, не раскаивается в содеянном, не паникует, а тем более пытается скрыть следы преступления, то велика вероятность, что его действия могут быть расценены как умышленное убийство.

Квалифицированные составы

Ч. 1 ст. 105 УК РФ предусматривает ответственность за совершение так называемого «простого убийства», совершенного из ревности, хулиганских побуждений, на почве личных неприязненных отношений и т.д.

Однако данное преступление может иметь и иной характер, когда действия преступника носят большую угрозу для общества, чем умысел на причинение смерти одному лицу.

Так как квалифицированному составу относится убийство, совершенное группой лиц. При этом в постановлении Пленума ВС РФ указывается, что под группой подразумевается два и более лица, при этом важно, чтобы эти лица принимали непосредственное участие в убийстве. В судебной практике по делам об убийстве под непосредственным участием понимается:

  • Нанесение ранений потерпевшему, при этом не имеет значение наступление смерти именно после них;
  • Удерживание потерпевшего;
  • Создание препятствий потерпевшему для обороны.

Согласно указанного постановления, не признается убийством совершенным группой лиц при его совершении по заказу. Данные действия следует квалифицировать в отношении исполнителя по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ убийство совершенное из корыстных побуждений или по найму, а в отношении заказчика по статьям за подстрекательство и пособничество в совершении преступления. Важно отметить, что для привлечения к ответственности за убийство из корыстных побуждений или по найму не имеет значение, получил ли виновный желаемые блага или плату за совершенное преступление.

Совет: корыстным убийство может признано не только с целью получить прямые материальные выгоды, но и иные. Например, убийство с целью устранить конкурента на вакантное место. При этом важен именно мотив корысти, который необходимо отграничивать от зависти или мести.

Также к квалифицированному составу относится убийство с особой жестокостью. Постановление Пленума ВС РФ разъяснило, что следует понимать под особой жестокостью. Убийство признается совершенным с особой жестокостью в случае:

  • пыток, истязания, глумления над потерпевшим;
  • особых страданий потерпевшего в процессе наступления смерти, например, сожжение заживо, множественные ранения, сдавливание тяжелыми предметами и т.д.
  • совершения убийства в присутствии близких потерпевшего.

Все действия преступника в данной ситуации охватываются составом преступления, предусмотренного п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ и не требуют дополнительной квалификации. Так, стороной обвинения при рассмотрении дела об убийстве было заявлено ходатайство о привлечении обвиняемого к ответственности не только по ч. 1.  ст. 105 УК РФ, но и по ст. 117 УК РФ – истязание. Государственный обвинитель сообщил, что обвиняемый К. в течение дня периодически наносил потерпевшему У. множественные удары палкой и цепью от бензопилы. Вечером он также начал избивать У., но после нескольких ударов заметил, что тот не подает признаков жизни. Таким образом, указал гособвинитель, в действиях К. усматривается два состава преступления: истязание и убийство. Однако суд не согласился с доводами обвинения и квалифицировал действия К. по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ – «убийство, совершенное с особой жестокостью». Суд указал, что все действия К. имели один умысел – причинить смерть потерпевшему У., поэтому истязание и убийство образуют единый состав преступления, предусмотренный указанной статьей.

Также к квалифицированному составу относится убийство, сопряженное с изнасилованием. Как указывает постановление пленума ВС РФ, совершением такого убийства признается убийство:

  • при непосредственном совершении изнасилования;
  • в качестве мести за сопротивление;
  • с целью скрыть совершенное изнасилование.

При этом постановление указывает, что действия виновного следует квалифицировать как по ст. 105 УК РФ, так и по ст. 131 УК РФ. Кстати, судебная практика по делам об изнасиловании содержит аналогичное указание.

На сегодняшний день судебная практика по делам об убийстве охватывает практически все возможные ситуации совершения данного преступления. Однако анализ судебных решений по данной категории дел показывает, что значительное число убийств совершается в сочетании с другими преступными деяниями. В том числе и такими, которые не образуют квалифицированного состава убийства, а значит, подлежат самостоятельной квалификации. Отметим, что в последнее время совершение убийства часто сочетается преступлениями несколько иной направленности. Например, в практике некоторых судов были рассмотрены дела, где подозреваемым кроме обвинения по ст. 105 УК РФ – убийство, было предъявлено обвинение по ст. 330 УК РФ – самоуправство. Иногда в практике судов встречаются ситуации, когда подозреваемый в убийстве обвиняется не только в этом преступлении, но и в преступлении экономической направленности.

Все эти факты делают судебную практику по рассмотрению дел об убийстве чрезвычайно важной для всех участников правоприменительного процесса, так как особенностью современной преступности является её разноплановость, что требует всестороннего изучения всех обстоятельств преступления.

Неисполнение решений суда (ст. 315 УК РФ): судебная практика

Судебное решение, вынесенное в пользу одной из сторон процесса, является обязательным для исполнения. Игнорирование этих требований является общественно опасным деянием, которое названо в ст. 315 Уголовного кодекса неисполнением приговора или решения суда.

В чем опасность неисполнения

Согласно закону «О судебной системе РФ», а также нормам процессуального права, все судебные решения являются обязательными для всех без исключения. Под всеми в данном случае понимаются:

  • физические и юридические лица;
  • общественные объединения;
  • должностные лица;
  • органы местного самоуправления;
  • органы государственной власти.

Также судебные акты подлежат неукоснительному исполнению. То есть совершению именно тех действий и в тех объемах, как это указано в документе. Но только в том случае, когда акт уже вступил в законную силу. Если это произошло, а решение не исполняется, то можно говорить о нарушении закона.

Преступление, предусмотренное статьей 315, совершается не против лица выигравшего суд. Объектом правонарушения будут интересы правосудия. Это опасно тем, что подобные действия, наряду с причинением вреда другой стороне, нарушают принцип общеобязательности судебных актов и ставят под сомнение авторитет судебной власти.

Далеко не любой акт, изданный судом, можно рассматривать как объект преступления. Речь идет толь о тех из них, которые вступили в законную силу. Это может быть:

  • приговор;
  • решение;
  • определение;
  • постановление;
  • приказ.

Сроки и порядок вступления этих актов суда регулируется нормами процессуального законодательства: уголовного, гражданского и арбитражного. Общим для них является возможность обжалования решения в установленный срок. Если стороны ей не воспользовались, то акт вступает в силу по истечении срока для обжалования. В противном случае законную силу акты суда будут иметь с момента вынесения решения апелляционной или кассационной инстанцией.

В чем состоит правонарушение

В ст. 315 УК говорится о злостном неисполнении или воспрепятствовании исполнению приговора, решения или иного акта суда. Под это определение подпадают:

  • отказ от действий (бездействие);
  • совершение действий не совпадающих с предписанными судом;
  • повторный отказ от исполнения.

Для того, чтобы подобные поступки стали преступлением, необходимо, чтобы тот, кто их совершает, действовал с умыслом. Если же причиной неисполнения приговора или решения суда являются какие-либо объективные обстоятельства, то говорить о совершении преступления нельзя. Следовательно, ответственность за такой проступок будет не уголовная, а иная, например, дисциплинарная.

Преступление, прописанное ст. 315 УК, является длящимся, то есть растянутым во времени. Оно начинается в момент неисполнения (злостного) и завершается либо привлечением к ответственности, либо выполнения требований суда. Этим оно отличается, скажем, от кражи или похищения человека. Судебная практика по ст 126 УК РФ признает данное преступление законченным в момент его совершения.

Понятие злостности, без признаков которой проступок не является преступлением, относится к оценочным. Его точного определения в кодексе нет. Поэтому на практике, прежде чем вынести решение по ст. 315, суду важно исследовать все обстоятельства для выявления такого признака. Большую роль при этом будет играть наличие умышленной вины. А вот мотивы, приведшие к таким действиям, напротив, не учитываются.

Кто будет отвечать

Допустить неисполнение судебных приговоров, решений и актов может любой участник процесса. Но уголовная ответственность наступает не для всех. Состав преступления ст. 315 УК относится к специальным. Перечень лиц, которых можно привлечь по этой статье ограничен:

  • представители власти;
  • государственные и муниципальные служащие;
  • служащие учреждений;
  • работники коммерческих организаций.

Разумеется, что все указанные лица подлежат ответственности только в том случае, если в их служебные обязанности входит совершение действий, направленных на исполнение приговора или другого акта суда. Физические же лица под действие данной статьи не подпадают.

Не следует однако полагать, что неисполнение гражданами решений и приговоров суда не будет иметь никаких последствий. Такие действия или, напротив, их отсутствие, образуют составы других преступлений. Например, злостное уклонение от уплаты алиментов после установления отцовства влечет ответственность по ст. 157 УК и т. д.

Последствия неисполнения приговора или судебного решения

Игнорирование актов, издаваемых судебной властью, подрывает ее авторитет и заставляет усомниться в основных принципах правосудия. Такие действия ввиду их явной общественной опасности подпадают под понятие преступления. Следовательно, ответственность за них предусмотрена прежде всего уголовная. В ст. 315 УК РФ перечислены основные ее формы:

  • штраф;
  • лишение права занимать определенные должности;
  • обязательные работы;
  • принудительные работы;
  • арест, лишение свободы.

Уголовная ответственность не исключает и других неблагоприятных последствий для виновного в нарушении закона. Для служащего государственного или муниципального учреждения, коммерческой организации возможна дисциплинарная ответственность, вплоть до увольнения.

Если неисполнение приговора, решения или постановления суда привело к возникновению у другой стороны ущерба, например, сносу неузаконенной вовремя самовольной постройки, то получить его возмещение можно в порядке гражданского судопроизводства. Но для этого истцу придется доказать, что возникновение ущерба вызвано именно злостным бездействием должностного лица.

Как привлечь нарушителя к ответственности

Добиться выполнения приговора или решения суда — задача порой не менее сложная, чем выиграть сам судебный процесс. Привлечение к уголовной ответственности по ст. 315 УК РФ один из способов этого добиться. Обзор судебной практики показывает, что реализация данной нормы становится все более востребованной.

Дознание по делам о подобных преступлениях проводится согласно ст. 151 УПК РФ служебными приставами (ФССП). К начальнику этой службы следует обратиться с заявлением, где указать, какое именно должностное лицо допускает неисполнение решения суда, вступившего в законную силу.

Помимо требования о привлечении к уголовной ответственности должностного лица государственного органа власти, по чьей вине не исполняется судебное решение, пострадавшая сторона вправе требовать и компенсацию за это. Такую возможность ей предоставляет закон «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок». Подавать иск о такой компенсации следует в суд общей юрисдикции или же арбитражный.

Сделать это можно спустя 6 месяцев поле вступления приговора или иного акта в законную силу. Подать такое заявление могут любые заинтересованные лица. Присуждение судом такой компенсации не освобождает госслужащего от уголовной ответственности, а также не отменяет возмещения ущерба и морального вреда по гражданскому иску. Выплата компенсации осуществляется в денежной форме не позже трех месяцев после вынесения решения.

Злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности (ст. 177 УК РФ): судебная практика

Нормы, расписанные в 177 статье УК РФ, носят универсальный характер, это значит, что они удовлетворяют интересы не только кредиторов, занимающихся этой деятельностью профессионально, к ним относятся банки, прочие кредитные организации, но и других лиц, занимающихся коммерцией.

Возникает кредиторская задолженность, если заёмщик не выполняет или прекращает выполнять свои обязательства по договорам (кредитным и прочим). Согласно судебной практики к такой  задолженности относятся: кредиты, предоставленные банком, просроченная задолженность перед поставщиками товаров и услуг, по предоставленным займам, отказ от обязательств по ценным бумагам (акциям, векселям, облигациям, чекам, сберегательным или депозитным сертификатам и прочим). Для того, чтобы был признан состав преступления, достаточно совершить действия по злостной неуплате долгов. При этом действия должны сопровождаться задолженностью в крупном размере. Под эту классификацию подпадают суммы, превышающие 1500000 рублей, что предусмотрено примечаниями к ст. 169 УК РФ. Сумма задолженности должна подтверждаться решением суда, и может суммироваться, если неплательщик и кредитор одни и те же.

В практике нередки случаи, когда размер основного долга увеличивается на пени, проценты за неправомерное использование чужих средств, штрафы. Судебная практика по подобным делам обычно рассматривается в суде общей юрисдикции или арбитражном. Сумма задолженности может быть подтверждена не только судебным актом, но и другими документами, достаточно часто им выступает судебный приказ.

Особенности дел

Преступления, подпадающие под статью 177, могут иметь объективную и субъективную сторону. Объективная — может выражаться в форме:

  1. действия;
  2. бездействия.

Преступление, совершаемое в форме действия, сопровождается такими способами уклонения от уплаты долга, как:

  • предоставление неправдивых сведений приставу о своих доходах и наличии имущества, их сокрытии;
  • несанкционированной смене места жительства, работы;
  • выезде за рубеж без оглашения места пребывания;
  • отчуждения имущества и передачи их третьим лицам.

Преступления, совершаемые в форме бездействия, характеризуются:

  • неявкой по вызовам, присылаемых судебными приставами;
  • не совершение никаких действий по улучшению своего финансового положению и прочие.

Как свидетельствует судебная практика, преступления, подпадающие под ст.177 УК РФ, относятся к категории длящихся. Злостным оно становится после того, как судебный акт о признании требований о погашении задолженности набирает силы и наличия свидетельств об уклонении от его выполнения. Длится преступление до того момента, когда долг будет погашен или  лицо не будет привлечено к уголовной ответственности по статье 177.

Совет: вместе с учащением случаев непогашения или несвоевременного погашения кредитов участились и случаи, когда службы, нанятые банками для «выбивания» долгов, звонят должникам с требованиями погасить кредит, угрожая неплательщикам наступлением уголовной ответственности и ст. 177. Заемщикам следует знать, что до тех пор, пока кредитное дело не будет решено в суде и  исполнители не начнут по нему производство, а общая сумма долга перед кредитором не достигнет полтора миллиона рублей, переживать об уголовной ответственности и применении к вам статьи 177 не стоит.

Термин «злостное уклонение» расшифровывалось в Постановлении Пленума ВС РСФСР №46 от 19.03.1969 года «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьей 122 УК РСФСР». Эта статья предусматривала ответственность при неисполнении судебных решений по семейным делам, в частности, неуплаты алиментов. Учитывая то, что это Постановление утратило свою силу на основании Постановления Пленума ВС РФ от 06.02.2007 №8, современная судебная практика определяет признаки наличия злостности, если должнику официально предъявлялись претензии судебными приставами и выносились предупреждения о возможном наступлении уголовной ответственности.

В свою очередь, опытные неплательщики, имеющие крупные задолженности, предпринимают мыслимые и немыслимые шаги по уклонению от получений подобных предупреждений. Их действия сводят к нулю все усилия исполнителей по принудительному взысканию задолженности.

Явными сигналами того, что должник намеревается уклониться от погашения своих обязательств, являются факты продажи и прочего отчуждения имущества, отсутствие движений по расчётному счету, перемена места проживания вплоть до выезда из страны, другие признаки самоуправства, направленные на уклонение от уплаты долга.

Проблемные вопросы судебной практики

Обзор судебной практики говорит о том, что применение такой меры, как уголовная ответственность при злостной неуплате задолженности (ст.177), нельзя признать достаточно эффективной. К тому же из-за несовершенств и противоречий в российском законодательстве применяют ее редко. Дела по ст. 177 редко доходят до суда. Проблемы с применением ст.177 возникают во многом из-за того, что содержание бланкетных свидетельств диспозиции, указанных в статье 177, понимаются по-разному, а неоднозначность, естественно, не способствует единому становлению правоприменительной судебной практики.

Еще одним моментом, усложняющим применение и непопулярность этой статьи, является отсутствие каких-либо методических рекомендаций ФС судебных приставов, разъясняющим толкование и использование ст. 177 в судебной практике.

Судебной практикой также не определены сроки, когда неуплата классифицируется как злостная и может определять признак ее наступления. Таким образом, данное деяние определяется на основе совокупной доказательной базы, подтверждающей сознательное уклонение лица от погашения задолженности при наличии у должника возможности ее погасить.

Обзор практики говорит о том, что суды принимают решения о наличии злостного уклонения на основании:

  • проведения оценки реального финансового состояния должника;
  • его состоятельности выполнить свои долговые обязательства;
  • предпринятых им действий по сокрытию своих доходов.

Как правило, период, который берётся во внимание при проведении оценки, составляет 9-12 месяцев.

Совет: если ваше дело дошло до суда и классифицируется по ст. 177, следует знать, что даже минимальные выплаты по кредиту, даже несоизмеримые с суммой обязательного платежа свидетельствуют в пользу должника и служат смягчающим вину фактором в судебной практике. Но только в том случае, если истцом не были представлены доказательства о наличии возможности заемщиком платить более крупные суммы.

Доказательная база

В качестве доказательств о наличии у злостного неплательщика средств, которые могли быть пущены на погашение задолженности, но были использованы на личные нужды, судебная практика принимает подтвержденные данные о покупке:

  • железнодорожных или авиабилетов;
  • туристических, санаторных, курортных путёвок;
  • услуг операторов сотовой связи;
  • абонементов на посещение спортивных клубов, тому подобного;
  • курсов иностранных языков и т.д.

Доказательствами, которые могут свидетельствовать об уклонении должника от выполнения взятых обязательств перед кредитором, являются:

  • кредитный договор, а также документы, представленные заемщиком в качестве подтверждения своей способности возвратить занимаемую сумму, договора залога, поручительства и т.п.;
  • вступившее в силу решение суда по делу о признании требований кредитора законными, согласно иску;
  • копия исполнительного листа и постановления о начале исполнительного производства по делу;
  • в случае наложения ареста, копия акта ареста и описи имущества;
  • подтверждения предупреждения заемщика о последствиях применения ст.177 и уголовной ответственности;
  • показания лиц — участников дела о злостной неуплате;
  • показания судебных исполнителей, на которых возложено исполнение судебного решения и другие документы.

Совет: при выполнении своих прямых обязанностей судебные приставы часто сталкиваются с агрессивным поведением ответчиков по делу, оскорблений в свой адрес. Должникам следует удерживаться от такого поведения, так как все эти факты фиксируются и потом предоставляются суду на рассмотрение, что не будет способствовать смягчению решения в делах.

Одним из обязательных документов, свидетельствующих о злостном уклонении, как уже упоминалось выше, является предупреждение приставов о необходимости выполнить свои обязательства и вероятном наступлении уголовной ответственности. Судебная практика показывает, что ни одно рассматриваемое дело не проходило без наличия этого документа. Сколько таких предупреждений должно выноситься, решается в каждом конкретном случае индивидуально. Обзор дел показывает, что их может быть от 2 до 5.

Вместе с тем, отсутствие таких предупреждений не может свидетельствовать об отсутствии состава преступления и невозможности применения ст.177 УК РФ, на что рассчитывают должники, уклоняясь от получения предупреждений. При наличии явных доказательств вины и свидетельств о злостной неуплаты обязательств ответственность по статье 177 может наступить и без предупреждений об уголовной ответственности по делу.

Убийство матерью новорожденного (ст. 106 УК РФ): судебная практика

История развития уголовного права свидетельствует о том, что важное место в нем занимает здоровье и жизнь человека. К особой группе преступлений относятся преступления против жизни и здоровья. Умышленное убийство — является одним из видов тяжких преступлений, ответственность за которые стоит на первом месте в особенной части уголовного кодекса (глава 16 УК РФ).

Однако, законодатель счел необходимым выделить насильственное преступление, связанное с прерыванием жизни новорожденных детей, в отдельный состав. Мнения по поводу степени опасности этого преступного деяния расходятся. Основным показателем отношения общества к такому явлению, как детоубийство, без сомнений является судебная практика, которая служит ориентиром и при квалификации данного вида преступлений уполномоченными органами.

Санкция статьи

Данный вид преступления законодатель отнес к преступлениям средней тяжести (ч. 3 ст. 15 УК РФ). В соответствии со ст. 106 УК России в качестве альтернативного наказания ее санкция предусматривает ограничение свободы от двух до четырех лет или принудительные работы сроком до пяти лет, или лишение свободы на тот же срок.

Санкция данной статьи достаточно сильно смягчает ответственность за самый опасный вид преступления, и зачастую возникает возможность неоправданного судейского усмотрения при назначении достаточно мягкого наказания за умышленное убийство новорожденного.

В судебной практике достаточно неординарные приговоры, связанные с осуждением виновных лиц по статье 106, вызваны отсутствием квалифицированного вида умышленного убийства матерью своего новорожденного ребенка. Таким преступлением является убийство двойни или тройни.

Смягчающие и отягчающие обстоятельства

Исходя из анализа судебной практики по делам данной категории преступлений, можно сделать заключение о том, что судебные дела о преступных действиях матери, которая совершила убийство новорожденного, как правило, ведутся в порядке особого судопроизводства. Наказание этих лиц предусмотрено главами 40 и 40.1 УПК России, а также определенно частями 2 и 5 статьи 62 УК.

Особый порядок судопроизводства применялся почти в 90 % случаях вынесения судебных решений, и практически более чем в половине случаев приговоры определяли наиболее строгий вид наказания, который предусмотрен санкцией статьи 106.

Одним из примеров таких судебных решений является Приговор по делу № 1-350/215 от 22.04.2015, которым была осуждена гражданка Н., совершившая убийство новорожденного сразу после родов. Судом было определено по результатам рассмотрения всех фактов и обстоятельств дела, что матерью было совершено умышленное действие, в результате которого наступила смерть новорожденного младенца. Суд квалифицировал ее действия по ст. 106 УК России, учитывая, что преступление представляет повышенную общественную опасность (в соответствии с ч. 5 ст. 162 и другими нормами уголовного права). Не усмотрев обстоятельств, уменьшающих степень общественной опасности, для изменения в отношении подсудимой категории совершения преступления на менее тяжкую, суд приговорил ее к двум с половиной годам лишения свободы (что для данной категории дел является достаточно суровой мерой наказания).

По результатам анализа судебной практики за умышленное убийство матерью своего новорожденного ребенка, только лишь в 6,5 % случаев назначалось ограничение свободы, когда значение для вынесения приговора имели смягчающие обстоятельства.

Одним из таких примеров является судебное решение по делу № 22-0512, в соответствии с которым осужденная была приговорена к 1 году 8 месяцам лишения свободы с отбыванием срока в колонии поселения.

Если рассматривать обстоятельства, которые могут стать смягчающими при отсутствии явных смягчающих обстоятельств, то суды в этом случае зачастую исходят из того, что мать после убийства своего новорожденного ребенка полностью признавала свою вину и чистосердечно раскаивалась, а также активно помогала следствию в расследовании преступления. Именно эти смягчающие обстоятельства и стали основанием для смягчения приговоров более чем в половине случаев, при том, что наличие других смягчающих обстоятельств, например, таких, как наличие малолетних или совершеннолетних детей у матери, смягчили всего 6% приговоров.

Стоит отметить и то, что данный вид преступления в 26% случаев совершался по причине тяжелого материального положения или семейных трудностей. Это достаточно высокий показатель статистики совершения данного вида преступлений, который говорит о серьезности психического и морального воздействия семейных отношений и материального благополучия, как факторов, побуждающих матерей к детоубийству.

Исходя из обзора судебной практики, суды при вынесении приговоров считают отягчающим обстоятельством при совершении умышленного убийства новорожденного тот факт, что мать была ранее лишена родительских прав (6% случаев). Зачастую именно в этих случаях мать умышленно убивала своего новорожденного ребенка с особой жестокостью. Однако суды, рассматривая отягощающие обстоятельства, не берут во внимание именно этот факт при вынесении приговора. По мнению многих исследователей в области уголовного права, суду при рассмотрении дел о совершении данного вида преступления необходимо устанавливать такие факты, как жестокость, исключительная дерзость, цинизм, которые являются проявлениями глубокой безнравственности.

Наряду с этими обстоятельствами судом зачастую не проводится исследование возможности того, что подсудимая находилась в аффективном состоянии, которое было вызвано родами или какой-либо психотравмирующей ситуацией, что и стало следствием ее поведения.

Квалификация преступления

Зачастую суды выносят решения, исходя из неправильной квалификации этого вида убийства и принимают во внимание лишь формальные внешние признаки, характеризующие данное преступление, и не связывают его во многих случаях с особым психическим состоянием матери новорожденного. Такое становится возможным из-за отсутствия четкой детальной квалификации преступления, которая определена ст. 106 УК.

Рекомендации по поводу правильной квалификации этого вида преступления, а также необходимость учитывать факторы, влияющие на его совершение, изложены в Постановлении Пленума ВС РФ от 27.01.1999 года с изменениями по состоянию на 03.03.2015 года, в котором указано, что для правильного применения законодательства, предусматривающего ответственность за умышленное причинение смерти, необходимо квалифицировать, как умышленное убийство по части 1 ст. 105 УК РФ, преступления, совершенные без квалифицирующих признаков и без смягчающих обстоятельств (применительно к ст. 106 УК РФ).

Причины, побуждающие к совершению детоубийства

Из анализа судебной практики можно сделать вывод о том, что достаточно сильными факторами, влияющими на совершение преступлений, предусмотренных ст. 106, являются психологическое, моральное, материальное и т.д. состояния, вызванные неустойчивыми семейными отношениями, которые зачастую порождает гражданский брак, тяжелым материальным положением и т.д.

Однако не все из этих обстоятельств при вынесении приговора учитывают как смягчающие, к ним относят наличие психотравмирующих состояний, которые исходят из послеродового состояния и во многом являются последствием физиологических процессов, происходящих в организме матери. Послеродовое состояние может длиться до одного месяца (мнение исследователей по поводу признания срока, когда ребенок считается новорожденным).

Если объективно рассмотреть ситуацию, то многие факторы могут повлиять на совершение преступления. Такие обстоятельства могут иметь социальную и биологическую природу. Например, причиной совершения умышленного убийства матерью своего новорожденного ребенка может быть просто то, что она, будучи суррогатной матерью, вынашивала в своем организме не своего ребенка.

Существует среди исследователей уголовного права мнение и том, что изучение обзоров судебной практики по преступлениям, предусмотренным ст. 106 УК (убийство новорожденного своей матерью), дает возможность сделать вывод о том, что если мать изначально выполняла действия в первые часы или дни жизни ребенка, направленные на сохранение таковой, а впоследствии совершила его убийство, то в этом случае нельзя признавать такое преступление, основываясь на диспозиции статьи 106 УК.

Примером такой судебной практики может служить решение Свердловского областного суда при вынесении приговора, который квалифицировал действия гражданки С. и других лиц, совершивших убийство восьмидневного ребенка, по ст. 102 УК.  В этом случае суд исходил из того, что ребенок находился в беспомощном положении, а мать, убившая новорожденного, не находилась в том особом состоянии, которое вызвано физиологическими изменениями послеродового периода.

Описанные в судебной практике ситуации порождают больше вопросов, чем дают ответов на них.

Большинство аналитиков по уголовным делам считают, что актуальной является необходимость реализации социальных мер, которые могли бы повысить уровень материального обеспечения молодой матери, находящейся в декретном отпуске по беременности или родам, а также должного обеспечения бесплатного ведения беременности. Возможно, существует необходимость рассматривать в отдельных случаях бесплатное прерывание беременности, а также обоснованное оформление юридического отказа от ребенка по необходимости в короткие сроки.

Есть большая вероятность того, что все вышеизложенные мероприятия дадут положительный результат, итогом которого может быть минимизация преступлений, связанных с убийством матерями своих новорожденных детей.

Клевета (ст. 128.1 УК РФ): судебная практика

В российское уголовное право термин «клевета» вернулся относительно недавно: в октябре 2012 года. Уголовный кодекс был дополнен ст. 128.1, дающей легальное определение этому правонарушению. Несколько ранее было декриминализировано оскорбление, которое, напротив, из УК переместилось в КоАП. Такие перемены не случайны. Как показывает практика, последствия каждого из этих деяний имеют последствия разной степени тяжести.

Объекты правонарушений

Объектами, на которые посягает и клевета, и оскорбление, являются нематериальные блага: честь и достоинство. С точки зрения права – это неотъемлемые и неотчуждаемые блага, относящиеся к конкретному человеку. Их носителем не может быть юридическое лицо. Судебная практика, накопленная по такого рода делам подтверждает, что истцом всегда выступает гражданин. А вот ответчиком может быть уже кто угодно.

И честь, и достоинство, как нематериальные блага, признаются объектом гражданских прав. Но ни в Гражданском кодексе, ни в ст. 128.1 УК «Клевета», ни в ст. 5.61 КоАП «Оскорбление» нет их определения. При разбирательстве по уголовному или административному делу судьи исходят из общепринятой трактовки этих отчасти этических, отчасти философских понятий.

Деловая репутация, хотя и является чем-то невещественным, тесно связана с материальными благами. От нее напрямую зависит та прибыль, которую носитель репутации может получить в ходе своей коммерческой деятельности. Следовательно, клевета может наносить вред не только нематериальным благам, но и экономическим интересам. И ущерб от нее выражается во вполне конкретных цифрах.

Вероятно этим фактом и вызваны изменения в законодательстве. Клевета, как имеющая более серьезные последствия, получила свою статью в Уголовном кодексе, а вот оскорбление, задевающие только нематериальные блага, переместилось в КоАП, как имеющее меньшую общественную опасность. Но эти перемещения не повлияли на положения статей 128, 150 и 152 Гражданского кодекса, согласно которым существуют гражданско-правовые способы защиты чести, достоинства и деловой репутации.

Принципиальная разница

Распространение информации, не соответствующей действительности, может быть направлено не только против конкретного человека, но и против лиц юридических. Многим из них такие действия вредят, приносят ощутимый экономический урон, вызывая недоверие и последующий отток клиентов.

Но такие действия под определение клеветы не подпадают. Статья УК четко указывает, что заведомо ложные сведения порочат честь и достоинство или подрывают его репутацию. Но у юридических лиц нет чести и достоинства. Это личные, неотчуждаемые права человека. Поэтому судебная практика по делам о клевете в отношении корпоративных образований исключительно гражданско-правовая.

Определение оскорбления вообще не содержит указаний на то, какие именно сведения при этом распространялись. Главное, что имело место унижение чести и достоинства, причем выраженное в неприличной форме. Ну а поскольку это все применимо только к человеку, то оскорбить можно, например, руководителя юридического лица. А он вправе потребовать не только административного наказания, но и компенсации морального вреда, вызванного унижением.

Что такое клевета

Далеко не всякая информация о человеке будет клеветнической. Следовательно, не всякие действия по ее распространению являются уголовным преступлением, подпадающим под ст. 128.1 УК РФ. Два главных признака таких сведений, это:

  • заведомая ложность, то есть несоответствие действительному положению дел;
  • направленность против чести и достоинства.

Ложность заключается в том, что описанные события не произошли в реальности в то время, к которому они относятся. Заведомо ложными могут быть только те факты, которые касаются либо прошлого, либо текущего состояния дел. Информация, касающаяся будущих событий, не может быть ложной.

Сложившаяся судебная практика по уголовным делам не рассматривает в качестве ложных те сведения, которые содержатся в официальных документах, оспариваемых в законном порядке: судебных решениях или приговорах, постановлениях и т. д. Защита чести и достоинства в этом случае имеет иной порядок.

К порочащим честь и достоинство сведениям могут быть отнесены:

  • утверждающие, что данное лицо нарушило закон;
  • о совершении бесчестного поступка (например, обогащение нечестным путем);
  • о неэтичном поведении в личной или профессиональной сферах;
  • о недобросовестности в предпринимательской деятельности;
  • о нарушении деловой этики или обычаев и т. п.

Если хотя бы одно условие из двух не выполнено, то есть сведения, хоть и ложные, не позорят человека, или наносят вред его репутации, но при этом правдивы, то привлечь того, кто их распространяет, ни за оскорбление, ни тем более по ст. 128.1 УК РФ невозможно. Впрочем, вполне возможно, что такие действия являются нарушением права на личную тайну и неприкосновенность частной жизни, ответственность за которое устанавливается другими статьями УК или ГК.

Как распространяется такая информация

Помимо того, что информация о лице является ложной и порочащей, она еще должна быть распространена. То есть для того, чтобы возник состав преступления, предусмотренного ст. 128.1 УК, клеветник должен совершить определенные действия по донесению информации до окружающих.

Под распространением понимают:

  • сообщение в устной форме;
  • заявление, предназначенное для официальных лиц;
  • опубликование в печати;
  • трансляция на радио или телевидении;
  • указание в характеристике;
  • размещение в сети Интернет;
  • упоминание в публичных выступлениях и т. д.

При этом не имеет значения, какому именно количеству людей была адресована данная информация. Достаточно одного, кому стало известно о недостоверных фактах. А вот высказывание такой информации тому, к кому она относится, будет уже не клеветой, а оскорблением.

Клеветник

Ответственность за клевету и оскорбления наступает с 16 лет. Но для того, чтобы это стало возможным, должно быть соблюдено одно условие: умышленная вина. То есть тот, кто занимался распространением сведений, охарактеризованных в статье 128.1 УК, должен:

  • во-первых, быть уверенным в ложности сведения;
  • во-вторых, осознавать опасные последствия своего поступка для другой стороны;
  • в-третьих, желать их наступления.

А вот в тех случаях, когда человек высказывает свое личное мнение об имевшем место факте, добросовестно заблуждается или уверен, что известные сведения являются правдивыми, уголовная ответственность не наступает. Зато вполне возможна административная за оскорбление. Или же защита своей чести гражданско-правовыми способами.

Особо опасная клевета

Статья 128.1 Уголовного кодекса не просто дает определение клеветы, как наказуемого деяния. Она рассматривает несколько квалифицированных составов данного преступления. При этом устанавливается более строгое наказание, ввиду большей общественной опасности таких действий.

Так, более строгое наказание последует за клевету в СМИ, публичных выступлениях и произведениях. Публичность в данном случае подразумевает массовость. И не имеет значения сколько именно человек узнали и восприняли информацию. Важен сам факт такого широкого обнародования.

Судебная практика установила, что к публичному распространению может быть отнесено и размещение информации в сети Интернет. Но не на любом ресурсе, а только на том, который зарегистрирован в качестве СМИ. Требования к ним были недавно уточнены поправками в соответствующий закон.

Использование служебного положения для распространения ложной и порочащей информации также, согласно статье УК, является поводом для применения более жестких мер ответственности. Это не случайно. Последствием угрозы или действительного распространение информации влиятельным лицом может стать, например, кабальная сделка, нарушающая права и экономические интересы человека.

Особо пристальное внимание ст. 128.1 УК направлено на клевету о том, что лицо, к которому она относится, виновно в преступлении сексуального характера. Под таким чаще всего понимается изнасилование. Отношение к насильникам в обществе резко негативное, поэтому подобное обвинение может сильно повлиять на всю дальнейшую жизнь.

К сожалению, такой нечестный прием, наряду с распространением сведений о якобы имеющем место опасном заболевании, довольно часто встречается в современной жизни. По большей части это шантаж, направленный на то, чтобы заставить действительного или предполагаемого отца ребенка если не оформить брак с его матерью, то хотя бы согласиться на алименты в твердой денежной сумме.

К особо квалифицированным составам клеветы статья уголовного кодекса относит обвинение в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления. За это предусмотрено и самое серьезное наказание. Особый случай, если клевета доводит человека до самоубийства. Это тоже преступление, но только квалифицируется оно уже другой статьей — 110.

Наказания

В зависимости от того, насколько серьезно преступление, клевета может наказываться:

  • штрафом, размер которого может доходить до 5 миллионов рублей;
  • обязательными работами до 480 часов.

Лишения свободы данная статья не предусматривает, если только речь не идет о доведении до самоубийства. Но данное деяние, как уже указано, регулируется другой статьей УК.

Клевета, как желание нарушить право человека на честь, достоинство и деловую репутацию, является общественно опасным деянием. Поэтому после недолгого отсутствия данная статья вновь вернулась в Уголовный кодекс. Возможно, для кого-то это окажется поводом задуматься, прежде чем высказывать оскорбительные факты, не имевшие места в действительности.

Самоуправство (ст. 330 УК РФ): судебная практика

В списке преступлений, рассматриваемых в Уголовном кодексе, самоуправство занимает особое место. В ст. 330 УК описывается ответственность за самовольные неправомерные действия, в результате которых причиняется вред гражданам или организациям. Обязательным признаком состава данного преступления считается самовольный характер таких действий. Субъективная сторона понятия о самоуправстве предполагает умысел — виновный считает себя вправе претендовать на некие права, которые оспариваются другими, при этом осуществляет действия по восстановлению своих прав незаконными методами.

Сложности с оценкой преступлений о самоуправстве

Накопленная судебная практика по использованию уголовной статьи 330 демонстрирует разночтения этой нормы, сложности в области квалификации преступления и правоприменительных действий. Проблема состоит в том, что трудно определить грань, отделяющую самозащиту гражданского права от самоуправных действий и злоупотребления правом. Очень часто самоуправство перекликается с кражей. Основные причины сложностей в оценке состава преступлений о самоуправстве возникают из-за размытой формулировки диспозиции статьи, где не раскрыта суть самоуправства в полной мере.

В юридической науке по изучению состава самоуправства практически не проводятся исследования. Отсутствует методика по правильному установлению вреда при самоуправстве, его рассматривают в каждом отдельном случае, опираясь на мнение судьи. Существующее понятие о самоуправстве ввиду размытости допускает квалифицировать по статье 330 множество умышленных деяний, совершенных вопреки закону. Если вдуматься, то в исках по делам об убийстве, о краже или изнасиловании существуют все признаки понятия о самоуправстве: правомерность преступных действий оспаривает пострадавшая сторона, деяния совершены вопреки закону, причиненный ущерб существенный. Но очевидно, что такой подход к делам не верен.

Все это следствие неудачной формулировки диспозиции статьи. Разночтения этой нормы ярко проявляются в судебной практике Благовещенского суда: Гражданин А. изъял у гражданина С. мобильный телефон, вытащив его из чехла, висевшего на поясе потерпевшего. Таким образом, гражданин А. пытался принудить гражданина С. к возврату долга. Предварительное следствие оценивало данный поступок, как грабеж, суд изменил формулировку на самоуправство.

Оспаривание права по делам о самоуправстве

Очередной проблемой, мешающей эффективному применению статьи 330 УК, считается «оспаривание» правомерности деяний субъекта, осуществляющего самовольное изъятие чужой собственности. «Оспаривание» является обязательным признаком объективной стороны при квалификации данного преступления. Как должно быть выражено «оспаривание»? Судебные органы не дают однозначного ответа на этот вопрос. Встречается такое определение «оспаривания» — это заявление пострадавшей стороны о нарушении действительных или предполагаемых прав самоуправными действиями другой стороны. Другие юристы считают такую трактовку несовершенной. Исходя из этого определения «оспаривания», следует, что при отсутствии заявления от потерпевшего, ему нельзя рассчитывать на защиту своих прав, так как уголовная ответственность виновного наступает после подачи заявления потерпевшей стороной. Некоторые юристы считают, что термин «оспаривание» следует заменить. Рекомендуют нейтральные  понятие, например, «согласие» или «одобрение».

Пояснения Верховного Суда

Правоведы считают, что правоохранительные структуры излишне строги в мелочах, особенно по делам с применением ст.330 УК. Верховному суду после одного примечательного прецедента пришлось пояснять судебным вершителям, какое наказание применять к мелкому самоуправству. В судебных обзорах высшая судебная инстанция вынуждена постоянно повторять, как судьям следует вникать в суть по делам о самоуправных деяниях, как распознавать несущественные проступки, формально подпадающие под уголовное преступление. Для наглядности был приведен пример о гражданине, нашедшем патрон, который в результате судебного разбирательства был наказан за незаконное хранение боеприпасов. Для решения проблемы по разграничению самоуправных действий от административного проступка юристы предлагают внести в УК четкие признаки «существенного ущерба». В аналогичных статьях о посягательствах на собственность такие четкие грани определены. Отличие самоуправства от таких статей состоит в том, что виновник восстанавливает свои права насильственным способом, самовольно и в обход закона.

Судебная практика по самоуправным делам

Накопленный опыт применения статьи о самоуправстве свидетельствует, что очень часто допускаются ошибки при квалификации самоуправных действий в судах и на предварительных следствиях.

Главным объектом преступления по ст.330 считаются интересы граждан или организаций, которым причинен вред, а также законный порядок претворения прав. Объективная сторона нормы рассматривает самовольные действия с точки зрения их правомерности при оспаривании потерпевшими, которым нанесен вред.

По делам, где фигурируют органы по местному самоуправлению, требующим произвести  снос самовольной постройки, также можно усмотреть признаки состава самоуправства. Местные органы призваны решать вопросы о нарушении строительных норм, создающих угрозу для жизни граждан. Рассматривая такие дела в определенном ракурсе, и исходя из последствий в случае причинения существенного вреда, самострой тоже можно квалифицировать по статье 330 УК.

Самовольные противоправные действия многообразны, но зачастую они касаются имущественной стороны. Например, когда действия по возврату долга совершаются с нарушением законного порядка. Материальный состав самоуправства отражен в диспозиции и указывает на существенность причиненного вреда. Именно этот признак отличает его от административного правонарушения по ст.19.1 АП. Например, примечательно выглядит дело о самоуправстве муниципальных органов власти. При подаче иска размер ущерба был завышен, что меняло квалификацию преступления. Судом было установлено, что на момент совершения преступления произошло уменьшение кадастровой стоимости земельного участка . Хотя в иске указывалась сумма, которая фигурировала на момент заключения сделки.

Субъективная сторона самоуправного преступления рассматривает исключительно умышленные деяния. Виновник уверен в обладании определенными правами, сознает, что эти права оспаривает другой и пытается установить свои права противоправными действиями. Например, некий гражданин проникает в квартиру должника и забирает ценности, не принадлежащие ему, считая, что имеет на это право.

Советы

Куда можно пожаловаться на должностное лицо за самоуправство?
В первую очередь необходимо обратиться в вышестоящую профильную структуру. Например, на директора школы жалоба отправляется в Министерство образования и науки. В случае игнорирования заявления или отсутствия должного разбирательства жалоба направляется в Прокуратуру. На основании статьи 10 Федерального закона прокуратура обязана рассматривать жалобы и обращения граждан о нарушении закона.

Как рассматривать требование о возврате долга — самоуправство, вымогательство или действия считаются правомерными?
При изучении судебной практики прослеживается тенденция, когда предварительное следствие определяет требование к должнику по ст. 163 УК, затем в суде меняется квалификация на самоуправство или иное.

Дела о возврате долга приобретают преступный характер в случае связанных между собой самовольных преступных действий:

— В ситуации незаконного требования к должнику.
— При передаче чужого имущества или права.
— В случае угроз о насильственных действиях или повреждении чужого имущества.

Чтобы квалифицировать преступление по ст. 330 — самоуправство, придется доказать все признаки совершения самоуправных действий. В составе преступления должна просматриваться материальная сторона. Потерпевшему был причинен существенный вред, одним словом, прямой реальный ущерб. Преступник совершал действия умышленно.

Предыдущие записи

При копировании материалов обязательна активная ссылка на источник.

© 2017 СудебнаяПрактика.ру | Карта сайта | Политика конфиденциальности